Колумб Эдуардович и его Америка
Инвестбанкир Константин Шитов пришел в благотворительность экспромтом в середине нулевых годов. Тогда стало модно говорить о социальной ответственности бизнеса. Веяния не обошли стороной и инвестиционную компанию Шитова. Однако то, что началось как импульсивное желание кому-нибудь помочь, превратилось в дело жизни. И даже немного в миссию
Пятнадцать лет назад Константин Шитов основал БФ «Константа», который помогает семьям с детьми в трудной жизненной ситуации. Фонд занимается адресной помощью в Тверской области, но Шитова во всей этой истории волнует не просто восстановление дома очередным погорельцам или оплата лечения алкозависимому родителю, а возможность решить проблему глобально: сократить количество пожаров, изменить жизнь людей, чтобы не пили от отчаяния.
Практичность и рациональность удивительным образом сочетаются в Шитове с мечтательностью и сентиментальностью. Четыре с половиной года назад он и вовсе круто изменил свою респектабельную, комфортную жизнь, взяв на себя оперативное управление фондом, в котором до этого был скорее свадебным генералом и GR.
Его нынешняя жизнь похожа на бесконечное роуд-муви по российской глубинке. Вместо дорогих машин, яхт и особняков — «Лада-Веста», бездорожье, села и сотни людей, в жизнь которых он приносит надежду.
Наш президент
Название фонду придумало маркетинговое агентство, которому Шитов заказал фирменный стиль. Президент помнит, что своих идей по названию у него не было, кроме единственной — не использовать слово «дети». Когда принесли макеты, Шитов расстроился. «Все будут ржать и говорить, что я назвал фонд в честь себя», — до сих пор переживает он. На самом деле все, конечно, поначалу так и думают.
«Такие дела» поддерживали фонд «Константа» на протяжении всех 10 лет работы редакции. Наши авторы вместе с сотрудниками фонда неоднократно колесили по Тверской области и общались с семьями, которые оказались в тяжелой жизненной ситуации и могли лишиться детей. А потом вместе с читателями собирали сотни тысяч рублей тем, кому очень трудно живется.
У кого-то сгорел дом, кто-то потерял жилье из-за мошенников или запил после смерти супруга, кому-то дом раздавило дерево, кто-то не мог уже выживать с детьми в опустевшей деревне… Людей, и без того едва сводящих концы с концами, любое серьезное бытовое происшествие приводит к той грани, когда органы опеки вынуждены решать, не опасно ли детям оставаться дома.
Ключевой миссией «Константы» всегда была профилактика социального сиротства — сохранить детей в семье или добиться их возвращения домой, если изъятие все-таки произошло. В огромной по территории Тверской области жизнь преимущественно сельская, небогатая и очень уставший жилой сектор. Часто, чтобы дети жили в безопасности, фонду приходится чинить крыши, перекладывать печи, менять искрящую проводку и решать большое количество бытовых и юридических вопросов.
«Можно сколько угодно говорить “деревня вымирает”, но она же не умерла. И там живут люди, семьи с детьми. И они должны жить по-человечески. Новая печь сейчас стоит уже около 150 тысяч рублей. Если в мороз дом невозможно протопить, значит, детей на зиму заберут в СРЦ. А мне кажется, как только семью разлучают, начинается ком проблем, которые потом годами очень трудно решить. Нужно помогать, пока этого еще не произошло», — объясняет политику фонда Шитов.
Сотрудники фонда, как и их подопечные, — жители Тверской области, а основатель фонда Константин Эдуардович Шитов всегда жил в Москве, много путешествовал и в Тверскую область приезжал нечасто. Получал отчеты, раздавал ЦУ, иногда наведывался в какие-то семьи, которым помогал фонд. Об этих визитах кураторы на местах рассказывали с придыханием, хотя и не без легкой иронии: «Наш президент приезжал».
Импозантный мужчина в дорогих часах, очках в золотой оправе, на огромном кадиллаке в непролазной глуши у старой лачуги смотрелся экзотично.
Но в декабре 2021 года многолетний исполнительный директор фонда Анастасия Кульпетова уволилась. На время поиска нового директора Шитов решил взять оперативное руководство фондом на себя и заодно изнутри получше разобраться, что же там, собственно, происходит и как можно оптимизировать работу. Он проводил собеседования, рассматривал разных кандидатов, но с должностью исполнительного директора так и не расстался.
Теперь на нем все — от стратегии и переговоров с губернатором до периодических покупок лампочек и карнизов. То, что с ним происходит в последние годы, даже дауншифтингом назвать трудно.
«Не могу это объяснить даже самому себе. Я увлекся, — отвечает Шитов на вопрос, зачем ему все это нужно. — К тому же наступил февраль 2022-го. У всех шок. Резко упали сборы. Часть партнеров сдулась. Неразбериха. Но подопечные-то никуда не делись».
Вместо ответа на вопрос, что происходило в марте 2022-го с финансово-инвестиционным рынком, на котором он много лет работал, о личных финансовых потерях в тот период Константин сейчас только горько хмыкает. «Заработали — потеряли, снова заработали — и снова потеряли. Я проходил это уже не один раз».
Кум Тыква и другие обитатели
Встает Шитов рано. Обычно в 6:30 стартует из дома, чтобы к девяти добраться до офиса в центре Твери. Я ухмыляюсь, что из его московских соседей вряд ли кто-то еще ездит на отечественном авто.
«“Веста”, кстати, отличная машина, — парирует он. — Я на ней уже больше 200 тысяч километров проехал за два года. Еще бы сборка была качественной. Едет неплохо, юркая, экономичная, к дорогам нашим приспособлена. Пересесть с дорогой иномарки было несложно. Да и на меня в деревне на черном кадиллаке смотрели б как на НЛО», — морщится он.
В машине играет новый альбом Басты. «Вообще, я в основном за рулем слушаю радио “Вера”», — смущается Константин. Но к концу дня в его коллекции любимой музыки обнаруживаются Metallica, ZZ Top, Scorpions и много другой зарубежной рок-классики.
В офисе «Константы» царит оптимизация. Цены на аренду выросли, и Шитов решил отказаться от части помещений. В том числе от собственного большого кабинета с массивным резным деревянным шкафом, достойным стать адресатом чеховского монолога.
Константин просит не фотографировать часть его кабинета со шкафом, моделями машинок, сумкой для гольфа и разными безделушками: «Скажут еще, что барин какой-то». А спустя время признается, что шкаф он забрал на память из дома умершего близкого друга.
«У меня было несколько близких друзей. Двое умерли. Один сел на мотоцикл, уехал в кругосветку и не вернулся», — говорит Шитов. Сам он тоже пробовал уехать в 2015-м. Два года прожил в Испании и вернулся. Было скучно. А семья так там и осталась. Старшему сыну двадцать два, он возвращался, окончил в России школу, но уехал учиться в Испанию. Младшему пятнадцать, и Константин переживает, что сын вырос почти без него.
После пары часов в офисе Шитов отправляется навестить новых подопечных за сотню километров от Твери.
По дороге мы притормаживаем у нового дома в деревне, который «Константа» достраивает для погорельцев. Это самый дорогой проект фонда за все время, еще и случившийся в пик роста цен на стройматериалы.
История Ольги, потерявшей в пожаре не просто дом и имущество, но и младшую дочь, как-то особенно тронула Константина. Он за свой счет возил женщину к московским хирургам и помог добиться новой операции неправильно сросшихся костей ноги, чтобы избежать инвалидности. Сейчас двор еще завален снегом. Но к лету Ольга со старшими детьми вернется домой.
Константин говорит, что на примере этой семьи особенно остро осознал, как важна профилактика пожаров. «Константа» изучала статистику тверского МЧС и выяснила, что около 100 семей в области ежегодно лишаются дома из-за пожара. В половине случаев причиной пожара становится неисправная проводка, еще в четверти случаев — печи и отопительные приборы.
«Помощь погорельцам — самая сложная. Какой бы стабильной ни была семья, сгоревший за считаные минуты дом всех отбрасывает на дно».
Мы приезжаем еще к одним погорельцам, которым «Константа» только собирается помочь. Алексей Васильевич с женой и четырьмя детьми второй год ютятся в бане и своими силами строят новый дом. Уже возвели коробку и штукатурят стены. «Года через полтора закончим», — прогнозирует Лидия. Но Шитов обещает, что фонд подключится с проводкой, коммуникациями и отделочными работами и все закончат намного быстрее.
«Как-то мы помогали семье, которая буквально жила после пожара в скворечнике — его отец семейства, как кум Тыква, сколотил из остатков древесины с пилорамы, где работал. Нас опека попросила помочь им с установкой окон. Когда мы увидели то, во что нужно вставить окна, объявили сбор и помогли семье купить нормальный дом в их же деревне», — рассказывает Константин, когда мы останавливаемся на импровизированный пикник у «Магнита». Шитов покупает черный хлеб, докторскую колбасу и бутылку молока.
Расстояния по области такие, что иногда за день удается доехать всего до одной семьи. Только на бензин у фонда в прошлом году ушло полтора миллиона рублей.
Я спрашиваю Шитова, сколько за эти 15 лет он потратил на фонд своих личных средств.
«Бьете прямо в больное, — улыбается директор. — Сумасшедшие деньги. Сильно больше миллиона долларов».
Жизнь в пути
Будущий миллионер Костя Шитов родился в Москве в 1967 году в благополучной интеллигентной семье. Детство провел в Измайлове. В школу пошел в Египте, куда отца, ведущего специалиста ЦНИИ черной металлургии, отправили запускать важное сталелитейное производство.
В Москву вернулся уже в четвертом классе и очень стеснялся, когда мама пыталась его одевать в модные заграничные джинсы, кроссовки, кожаную куртку. «Я ненавидел эти попытки делать из меня принца. Чувствовал себя дураком», — морщится от тех воспоминаний Константин.
Спустя два десятилетия он сам станет столичным модником с коллекцией дорогих часов и машин. Но тогда ему нравилось вместе с папой возиться с новенькой черной «Волгой» — почти несбыточной мечтой всех советских автолюбителей, добытой на валютные египетские заработки. Папина «Волга» 1977 года, как и дедушкины жигули, до сих пор на ходу и стоит у него в гараже.
Водить научился рано. В 14 лет поступил в Школу юного автомобилиста. Подростков учили не только вождению, но и техническому устройству автомобиля. Старшеклассником Костя подрабатывал автослесарем на сервисе, перебирал карбюраторы. Говорит, что сейчас уже не помнит, на что тратил те свои первые заработки: «Кажется, отдавал маме». Пригодился навык и в армии, куда он отправился, провалив поступление в МАИ. Служил в Одесском военном округе, возил командира части.
Из армии вернулся в бурлящую перестроечными настроениями столицу. Немного поработал на телевидении и погрузился в коммерцию. Первые серьезные деньги заработал на перепродаже ваучеров. В середине девяностых четыре года был коммерческим директором Московского дворца молодежи. Со своей любовью к масштабным проектам Шитов умудрился в фойе большого зала проводить самые большие дискотеки в Европе, на которые каждый уик-энд собиралось около пяти тысяч человек. А в 1997 году ушел в финансовый сектор. Работал в банке, занимался инвестициями в недвижимость, валютными операциями, создал собственную инвестиционную компанию.
«В те годы все мы немного теряли голову от открывшихся возможностей. Дорогие машины, яхты, огромные дома, ночные клубы. Помню, как первый раз в центре Москвы увидел человека на новом, 140-м мерседесе. Через два года у меня тоже был такой мерседес. Он тогда стоил дороже, чем квартира на Кутузовском проспекте. Чего мы только не покупали! Был у меня и красный феррари — фетиш из детства. Ламборгини, роллс-ройс, — Шитов перечисляет дорогие машины и мотоциклы, которыми когда-то владел. Потом замолкает и довольно грустно добавляет: — А потом все приелось. Жизнь изменилась. Все выросли. Всех раскидало».
Когда в тучные нулевые стало модно говорить о благотворительности и кому-нибудь помогать, не обошло это веяние и компанию Шитова. Начиналось все банально: «Давайте поможем какому-нибудь детскому дому». Разово помогли детдому в Люберцах. Но Шитову хотелось куда-нибудь подальше, в провинцию. И такой вариант подвернулся.
Как-то на мероприятии он разговорился с Аллой Зелениной, супругой тогдашнего губернатора Тверской области Дмитрия Зеленина (занимал пост с 2003 по 2011 год), та рассказала, что в Торжке есть большой детский дом, которому нужна помощь. С четой Зелениных Константин был знаком еще с девяностых. Так, по воле случая, объектом для помощи стала Тверская область.
Где деньги, Зин?
Первый раз Константин оказался в Торжке в начале лета 2010 года. Детдом был пуст, воспитанников развезли по лагерям. Познакомился с директором и решил, что возьмет этот детский дом под свое крыло. Начал, как водится, с большого ремонта. Денег на материалы, оборудование и мебель не жалел. Но когда осенью приехал посмотреть, зашел в группы и увидел глаза детей, устремленные на незнакомого взрослого дядю, то вдруг понял, что весь этот дорогой ремонт детям не нужен. Детям нужна семья.
В 2011 году Константин Шитов зарегистрировал фонд «Константа» и с неменьшим энтузиазмом погрузился в тему семейного устройства. С удивлением узнал, что у большинства детей в детских домах есть родители или близкие родственники. Через полтора года Торжокский детский дом почти опустел. Общими усилиями удалось найти семьи 70 детям. Константин вспоминает, как они в Дербенте отыскали родную тетю трех пацанов, которая даже не подозревала, что у нее в Тверской области есть племянники.
Именно после этого он решил, что его «Константа» будет заниматься профилактикой социального сиротства и делать все возможное, чтобы дети остались дома. И начались печки-лавочки.
Первые пять лет фонд полностью функционировал за счет личных средств Шитова. Потом научились фандрайзить, привлекать гранты, искать партнеров. Но до сих пор Константин периодически дофинансирует проекты из собственных средств.
Операционные расходы фонда съедают около двух миллионов рублей ежемесячно. И это самая большая головная боль — стабильные инвестиции в уставную деятельность. Грантов на это практически не найти. Приходится жонглировать, сочиняя программы.
«Это отнимает много ресурсов. Все хотят в каждой заявке новый проект, описание технологий и методов психологической поддержки, которые грантодателям в Москве кажутся очень важными. Но мы из года в год делаем примерно одно и то же: спасаем семьи, в которых есть риск изъятия детей. У семьи сгорел дом. Нам надо помочь им выжить и сохранить детей. А еще помочь десятку других семей с профилактикой пожара: заменой проводки, отоплением. Какие тут программы выдумаешь?» — делится общей для НКО болью Шитов.
В прошлом году «Константу» выбрали региональным оператором федеральной программы «Вызов» по профилактике социального сиротства. Ее запустила в 14 регионах уполномоченный по правам ребенка Мария Львова-Белова. На это из федерального бюджета выделили 10 миллионов рублей, 9 из которых можно было потратить на реальную адресную помощь. Это позволило фонду отработать 700 обращений и создать рабочие группы во всех 40 муниципальных образованиях области. На итоговом совещании «Константу» хвалили и назвали лидером проекта.
Около полумиллиона рублей в месяц фонд собирает рекуррентными платежами от обычных жертвователей — переводами в основном по 100, 200, 500 рублей. Среди постоянных жертвователей есть и знакомые Шитова из прошлой жизни, которые когда-то подписались на переводы в 5, 10, 20 тысяч рублей в месяц и продолжают помогать.
Иногда у «Константы», как и у многих благотворительных фондов, случаются чудеса, когда приходят какие-то незнакомые люди и закрывают сразу несколько сборов. Однажды фонду так закрыли сборы в общей сложности на 5 миллионов рублей.
Есть и два крупных партнера — МТС и «Лемана ПРО», последний помогает не только финансово, но и строительными материалами. Шитов мечтает, что найдется какой-нибудь кирпичный завод, который подарит фонду сразу тысяч двадцать кирпичей. Тогда они смогут распланировать работу с печниками на год вперед. У «Константы» есть где хранить все это богатство, если оно вдруг появится. Рост цен на стройматериалы очень осложняет работу.
Нью-Ладьино
К концу дня по ужасно разбитой дороге мы добираемся до деревни Ладьино в 45 километрах к югу от Торжка. Здесь «Константа» вот-вот запустит многофункциональный семейный центр «Ладья». В этот «проект века» Шитов уже вложил около 15 миллионов рублей грантовых и фондовых денег. И он стоит отдельного рассказа: как у деревни, которую называли «территорией дожития», кажется, начинается новая жизнь.
Первый раз про идею создания собственного кризисного центра, в котором семьи могли бы жить, работать и проходить реабилитацию, я услышала от Константина лет пять-шесть назад. Звучало все это по-маниловски. Однако до сих пор именно алкозависимость родителей — самая частая причина временного изъятия детей из семьи. И Шитов убежден, что, если выдернуть семью из привычной маргинализированной среды обитания в среду комфортную, где с ними будет работать психолог, где никто не употребляет, не ругается матом, где можно жить и работать в нормальных условиях, у мужа и жены появится возможность посмотреть наконец друг на друга и на своих детей трезвыми глазами. Они смогут изменить образ жизни, просто попробовав пожить иначе.
Под центр «Константе» отдали здание школы со спальным корпусом. Когда-то здесь учились и жили на пятидневке дети со всех окрестных деревень. Постепенно количество учеников сокращалось, пока школа совсем не захирела. «Константа» уже полностью отремонтировала два этажа из трех. И приготовила комнаты для одновременного пребывания пяти — семи семей.
Начать работать в зиму не получилось. Когда шарахнули 30-градусные морозы, оказалось, что прогреть здание невозможно, несмотря на модернизацию котельной, замену проводки и прочие премудрости. Промерзают панели, из которых построено само здание. Старожилы вспоминают, что зимой на уроках верхнюю одежду не снимали. Проблемы с электричеством Шитов решил радикально — «Разорился на 200-ваттный дизель-генератор».
Временно в центре смогут жить и погорельцы, пока местные администрации будут решать вопрос с жильем.
Уже летом заработает подсобное хозяйство с огородом, курами и другой живностью. Жильцам нужно будет помогать по хозяйству, с готовкой, уборкой, дровами.
«Паспорта мы ни у кого отбирать не собираемся, — строго отвечает Шитов на мою реплику, что все это немного смахивает на рекламу “работных домов”. — Но это и не дом отдыха, и не приют. Это будет инновационный экспериментальный центр помощи семьям в трудной жизненной ситуации».
То, что сейчас Шитов рассказывает про будущее деревни Ладьино, больше похоже на Нью-Васюки из знаменитого романа. Его рассказы про местные красоты вдохновили еще пару безумцев. Один уже развивает местное рыбное хозяйство. Другой осенью прошлого года купил остатки дворянской усадьбы Казнаковых, которую по договору должен восстановить за семь лет. В старом барском амбаре он собирается устраивать симфонические концерты. А в усадебном доме — открыть сельский университет.
«Бог собирает сумасшедших в кучу», — посмеивается Константин.
Уже летом на берегу большого озера новоиспеченные ладьинцы планируют облагородить прогулочную зону и победить борщевик. Его в округе гектары. Когда-то местный животноводческий комплекс специально высаживал борщевик как кормовую культуру. Теперь от этих зарослей все воют.
Рассказы про Ладьино звучат настолько завирально, что, вероятно, в самом деле могут осуществиться.
Шитовский центр «Ладья» создал в деревне уже 11 рабочих мест. Если история с усадьбой, гостевым домом и всем прочим станет реальностью, на работу в Ладьино потянутся люди со всех окрестностей.
В Ладьине Шитова обожают, и он отвечает жителям взаимностью. Хотя поначалу к заезжему дядьке отнеслись с недоверием и шушукаются до сих пор.
«Он для нас такой немного марсианин. Ко всем по имени-отчеству, ни на кого не кричит. Умный, состоявшийся», — с замиранием сердца говорит комендант «Ладьи» Людмила Дыкуха, много лет работавшая главой сельского поселения.
По ее словам, на их деревню давно махнули рукой. Закрытие школы, где когда-то, в лучшие годы, училось 186 человек, стало последней каплей. На все их просьбы отремонтировать дорогу, пустить автобус им открыто говорили, что они — территория дожития. Пока одна пенсионерка в сердцах не предложила посыпать уже оставшихся жителей дустом.
«Колумб открыл Америку, а Шитов — Ладьино», — с гордостью говорит комендант.
На улице уже темно. Домой Колумб Эдуардович доберется ближе к полуночи. Посмотрит старый фильм и ляжет спать. Чтобы с утра снова ехать в Тверь.
«Невозможно объять необъятное», — говорит Шитов, скорее чтобы уговорить себя не хвататься за новые проекты. Потому что понимает, что устал и распыляется. Но именно масштабные планы, вера в то, что у развития нет предела, а «Константа» изо дня в день отлично делает свою работу, помогает ему не бросить все это.
Давайте и мы с вами не бросим «Константу» на произвол судьбы.
В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.
